В зоне доступа

Она всё знает о верности. Правда о майоре

3 3099
Товарищ майор? Да. Но для кого-то просто «тётя Наташа». Наталья Ольхович — первая в новейшей истории Коврова женщина-полицейский, которая стала лауреатом премии «Человек года» в номинации «За верность долгу». А ещё «по совместительству» мама двух девчонок.



Она руководит отделом по делам несовершеннолетних. То, что для подавляющего большинства людей, запредельный кошмар, для Натальи просто работа. Сбежавшие из дома дети и родители-садисты, малолетние воришки и великовозрастные пофигисты, — всё это она встречает ежедневно. И надо что-то сделать, вовремя остановить, отвести от роковой черты. А это в принципе возможно?..

— Я формально в отпуске – взяла в сентябре – моя младшая в первый класс пошла, — будто извиняясь, начинает разговор Наталья.

Её кабинет едва ли не самый необычный в здании полиции. Панно из бисера и бронзовая фигурка богини Фемиды. Цветы в горшочке на окне и факс на столе. Стопка детских рисунков и грамота на стене: «За высокие результаты в оперативной работе». Но мы говорим не о формальных показателях в работе, а «за жизнь».



GK: Почему подростки бегут из дома? Там всё плохо или это нормально, «тяга к романтике»?

— Я работала практически со всеми «путешественниками» Коврова и района. И скажу прямо – ничего нормального в побегах нет. Такие ситуации необходимо предотвращать. Главных причин побегов две. Либо над детьми установлен необоснованно жёсткий контроль, либо этого контроля нет вообще. Любая крайность – это плохо. Если разбирать ситуацию с позиции подростков, надо понимать, что ребёнку свойственно стараться привлечь к себе внимание. И когда взрослые не реагируют, в ход идут разные способы. В том числе, уход из дома. Мотивация тут: «Вот не будет меня, тогда они поплачут, поймут, чего лишились!». Такое нередко случается в многодетных семьях. Ведь это легко сказать: «Я всех детей люблю одинаково». На деле равенства не бывает. Задача родителей – объяснить, что в любом случае все дети для них важны и любимы. Если, конечно, для родителей это имеет хоть какое-то значение…

GK: Обычно больше любят младшеньких…

— Маленький человек просто требует больше внимания с чисто физиологической точки зрения. И если умные родители вовремя и тактично объяснят это старшим детям, до побегов дело не дойдёт. Если в семье есть ребёнок, то он по определению самый любимый и самый нужный. Если в семье десять детей, значит, десять самых любимых и самых нужных. В детских и подростковых побегах всегда виноваты родители, и только они. «Работа над ошибками» в семье начнётся в тот момент, когда взрослые поймут это. Иначе придется пожинать плоды своего безразличия и жестокости. В принципе, это одно и то же.



GK: А что делать, когда в попытке привлечь к себе внимание тинэйджер бежит… из жизни?

— Это крайняя степень запущенности. В этом году в Коврове было два таких случая. И что возмущает, всякий раз в беседе с родителями слышишь одно и тоже: «Ничего не предвещало беды, всё шло как обычно».

Действительно, до какой степени равнодушия надо дойти, чтобы не заметить, в каком эмоциональном состоянии самый твой близкий человек?! Паренёк от неразделённой любви на крышу полез, а мама и не в курсе, что его вообще девчонки заинтересовали…



GK: А какие они, признаки, что человек «у последней черты»?

— Да, элементарные. Режим дня – сон, аппетит, рассеянное внимание, замкнутость, либо неадекватная возбуждённость. Всё это для родителей повод как минимум для разговора. Не разборок и моралей, а именно душевного и доброго разговора. В определённом смысле обнадёживающим фактором можно считать то, что чаще всего подростки идут на ультракрайние меры эпатажно. Самим фактом подобного поступка они также привлекают внимание окружающих, как и в случае с побегом. Но главным адресатом таких «посланий» являются близкие люди. И близкие должны вовремя заметить приметы и доказать, что они по-настоящему близкие.



GK: Но проблема в том, что если под близкими понимать родителей, встречаются они с детьми чаще только перед сном – ведь все работают…

— Это правда. Жизнь так устроена – родители видят детей только утром и вечером. Остальное время дети находятся в школе и учреждениях дополнительного образования. Поэтому очень важная часть моей работы – обеспечить реальный контакт, связь между семьёй и школой. В последние годы, между этими двумя институтами образовалась роковая пропасть. На мой взгляд, вообще не вопрос, должны ли педагоги вникать в личную жизнь подростков или нет. Безусловно должны! И никаких оправданий вроде того, что, мол, я учу химии (физике, географии, и т.п.), а воспитанием пусть родители займутся. Так мы ни к чему хорошему не придём. Только вместе, только в контакте. Учителя должны знать, в каких условиях живут их ученики, знать реальную обстановку в семьях, если хотят быть авторитетом на уроках. Классный руководитель или воспитатель, должен сходить в семью «на чай», убедиться, что у ребенка созданы условия для учебы и развития. Кстати, учителя из школ, где мои дочери учатся, ко мне – как к маме, приходили и проверяли, чем меня безмерно порадовали. К сожалению, даже такими визитами, всего не предусмотреть. Ведь внешне бывает все хорошо и прилично. Но надо быть психологом, подмечать детали. И всегда помнить, что в школу ребёнок идёт с тем морально-психологическим багажом, который получил дома. И наоборот.



GK: Так кто же главный в воспитании – семья или школа?

— Сначала семья. Авторитет родителей формируется в первые годы жизни человека. И тут допустима в определённой мере жёсткость. Демократические модели тоже хороши, но они сложнее, требуют на порядок больше времени, нужен круглосуточный контакт. В любом случае модель «родитель – ребёнок» складывается до 14-летия. Не зря в уголовном кодексе этот возраст – черта, после которой по ряду статей наступает ответственность. Если вовремя не привить малышу базовые ценности, он сформирует собственную «пирамиду ценностей». И её практически невозможно будет разрушить. То, что такое хорошо, а что такое плохо, нужно объяснять в раннем детстве. Тогда уже в четырнадцать ваш ребёнок станет для вас не головной болью, а другом. И всегда надо помнить – человек появляется на свет, чтобы его любили. Прежде всего – родители.

GK: Ваша старшая дочь уже перешла черту 14-летия. Вы дали ей свободу?

— Вы думаете, что я до сих пор говорила неискренне? Конечно, дала! И когда она в этом «переходном» возрасте вдруг решила бросить занятия танцами (ходила в студию восемь лет) мне было трудно, но я сдержалась, не стала авторитарно требовать продолжать занятия. Решила – пусть девочка выберет сама. Она несколько недель посидела дома, помаялась от безделья и решила вернуться! До некоторых вещей ребенок должен дойти сам, без строгой указки.

GK: Пример с танцевальным кружком годится только для тех, кто кружки посещает…

— А кружки надо посещать! Обязательно! Я разве ещё не сказала об этом? Обязательно!!! Танцы, спорт, рукоделие, – главное, увлечение должно быть. 90% правонарушений несовершеннолетние совершают от безделья.



GK: Все малолетние правонарушители из неблагополучных семей?

— От обеспеченности и репутации семьи мало что зависит. Никто не застрахован от того, что их ребенок пойдет «не по тому» пути. Всё зависит от стиля воспитания и… от времени, уделяемого своему ребенку. Бывали случаи, когда родители приходили и говорили, забирайте ребенка и делайте, что хотите. Но полиция – это, прежде всего, карательный орган! Мы не занимаемся превращением плохих детей в хороших, увы. Но если говорить о социальном портрете родителей, несомненно, самый короткий путь к нам у ребёнка, если родители злоупотребляют спиртным, либо употребляют наркотики.



GK: С наркотиками понятно – это неприемлемо. Но алкоголь… Редкое застолье обходится без тостов и веселья. Это запрещено?

— Тема непростая. Никто не говорит о «сухом законе», но… Поверьте, будет лучше, если дети и подростки до какого-то момента не будут видеть выпивающих родителей. Поймите, для ребёнка всё, что может позволить себе родитель, означает условно «хорошо», «можно», причём, можно в любых количествах, без ограничения. Другой аспект – сам вид пьяных родителей (если это единичный факт) может настолько шокировать ребёнка, что придётся оказывать ему психологическую и даже психиатрическую помощь. И такие случаи в моей практике были.



GK: Бывают ситуации, когда в целях безопасности, детей надо забрать из семьи…

— Бывает. Пожалуй, это самый тяжёлый случай. Мы, как полицейские, в зависимости от возраста, отправляем детей или в больницу, или в детский центр. Ужасно, что бывает, мама даже не думает забирать своего ребенка, он ей просто не нужен! И каждый раз, когда мы забираем таких детей, они уходят со слезами на глазах и постоянно спрашивают, когда придет мама. Дети умеют любить своих родителей, какими бы они не были.



GK: Вы победитель номинации «За верность долгу» городской церемонии «Человек года»...

— Для меня это было приятной неожиданностью. Я делаю свою работу, потому что люблю детей, а не ради наград. Поэтому внимание со стороны властей и СМИ для меня было в новинку. Я рада, что на такие важные вопросы люди стали обращать внимание. По инициативе отдела по делам несовершеннолетних ковровское отделение полиции начало курировать детский дом в поселке Мелехово. Бездомные дети до недавнего времени были самой большой проблемой района, особенно, когда в детском доме оказывались старшеклассники. Тенденцией последних лет стало то, что в наш район отправляют младших детей. Педагогический коллектив заведения очень хороший и сплочённый, но эти дети как никто другой чувствуют дефицит внимания. На сегодняшний день, всех сотрудников отдела по делам несовершеннолетних, стоит отметить, что это женский коллектив, дети детского дома знают по именам. Меня называют «тетя Наташа», а я в свою очередь знаю всех детей по именам.



GK: Трудно было войти в авторитет у таких детей?

— Звание «тёти Наташи» получить было сложнее чем майорские погоны, скажем прямо. Прежде чем установились стабильные отношения, нужно было время. В принципе, нельзя сказать: «Всё, теперь я авторитет, можно расслабиться». Встречи регулярны, постоянный контакт, много говорим с детьми. Мне важно понять, что им действительно нравится, что любят. Ну, конечно, часть общения – это подарки на праздники. Кстати, на подарки всей полицией сбрасываемся. Знаете, это такое чувство… Когда вот этому конкретному мальчику ты даришь именно тот самый мячик, какой он хотел, и видишь его глаза! Поверьте, это круче самого дорогого мобильника…

Несомненно, Наталье очень идёт форма, но эту миловидную даму проще простого представить в уютном махровом халатике на кухне за чашкой чая с пушистым кошаком на коленках. Хранительница очага… И очагов, которые Наталья Ольхович охраняет от бед и трагедий, в городе сотни.



Фотограф Александр Илларионов